http://npc-news.ru/

Мороз, красный нос Некрасов

 

Посвящаю моей сестре
Анне Алексеевне

Ты опять упрекнула меня,
Что я с Музой моей раздружился,
Что заботам текущего дня
И забавам его подчинился.
Для житейских расчетов и чар
Не расстался б я с Музой моею,
Но бог весть, не погас ли тот дар,
Что, бывало, дружил меня с нею?
Но не брат еще людям поэт,
И тернист его путь, и непрочен,
Я умел не бояться клевет,
Не был ими я сам озабочен;
Но я знал, чье во мраке ночном
Надрывалося сердце с печали
И на чью они грудь упадали свинцом
И кому они жизнь отравляли.
И пускай они мимо прошли,
Надо мною ходившие грозы,
Знаю я, чьи молитвы и слезы
Роковую стрелу отвели…
Да и время ушло, — я устал…
Пусть я не был бойцом без упрека,
Но я силы в себе сознавал,
Я во многое верил глубоко,
А теперь — мне пора умирать…
Не затем же пускаться в дорогу,
Чтобы в любящем сердце опять
Пробудить роковую тревогу…
Присмиревшую Музу мою
Я и сам неохотно ласкаю…
Я последнюю песню пою
Для тебя — и тебе посвящаю.
Но не будет она веселей,
Будет много печальнее прежней,
Потому что на сердце темней
И в грядущем еще безнадежней…
Буря воет в саду, буря ломится в дом,
Я боюсь, чтоб она не сломила
Старый дуб, что посажен отцом,
И ту иву, что мать посадила,
Эту иву, которую ты
С нашей участью странно связала,
На которой поблекли листы
В ночь, как бедная мать умирала…
И дрожит и пестреет окно…
Чу! как крупные градины скачут!
Милый друг, поняла ты давно —
Здесь одни только камни не плачут…

«Мороз, Красный нос». Худ. А. Пластов иллюстраця
………………………………………………………………

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
СМЕРТЬ КРЕСТЬЯНИНА

I

Савраска увяз в половине сугроба
Две пары промерзлых лаптей
Да угол рогожей покрытого гроба
Торчат из убогих дровней.
Старуха в больших рукавицах
Савраску сошла понукать.
Сосульки у ней на ресницах,
С морозу — должно полагать.

II

Привычная дума поэта
Вперед забежать ей спешит:
Как саваном, снегом одета,
Избушка в деревне стоит,
В избушке — теленок в подклети,
Мертвец на скамье у окна;
Шумят его глупые дети,
Тихонько рыдает жена.
Сшивая проворной иголкой
На саван куски полотна,
Как дождь, зарядивший надолго,
Негромко рыдает она.

III

Три тяжкие доли имела судьба,
И первая доля: с рабом повенчаться,
Вторая — быть матерью сына раба,
А третья — до гроба рабу покоряться,
И все эти грозные доли легли
На женщину русской земли.
Века протекали — всё к счастью стремилось,
Всё в мире по нескольку раз изменилось,
Одну только бог изменить забывал
Суровую долю крестьянки.
И все мы согласны, что тип измельчал
Красивой и мощной славянки.
Случайная жертва судьбы!
Ты глухо, незримо страдала,
Ты свету кровавой борьбы
И жалоб своих не вверяла, —
Но мне ты их скажешь, мой друг!
Ты с детства со мною знакома.
Ты вся — воплощенный испуг,
Ты вся — вековая истома!
Тот сердца в груди не носил,
Кто слез над тобою не лил!

IV

Однако же речь о крестьянке
Затеяли мы, чтоб сказать,
Что тип величавой славянки
Возможно и ныне сыскать.
Есть женщины в русских селеньях
С спокойною важностью лиц,
С красивою силой в движеньях,
С походкой, со взглядом цариц, —
Их разве слепой не заметит,
А зрячий о них говорит:
«Пройдет — словно солнце осветит!
Посмотрит — рублем подарит!»
Идут они той же дорогой,
Какой весь народ наш идет,
Но грязь обстановки убогой
К ним словно не липнет. Цветет
Красавица, миру на диво,
Румяна, стройна, высока,
Во всякой одежде красива,
Ко всякой работе ловка.
И голод, и холод выносит,
Всегда терпелива, ровна…
Я видывал, как она косит:
Что взмах — то готова копна!
Платок у ней на ухо сбился,
Того гляди косы падут.
Какой-то парнек изловчился
И кверху подбросил их, шут!
Тяжелые русые косы
Упали на смуглую грудь,
Покрыли ей ноженьки босы,
Мешают крестьянке взглянуть.
Она отвела их руками,
На парня сердито глядит.
Лицо величаво, как в раме,
Смущеньем и гневом горит…
По будням не любит безделья.
Зато вам ее не узнать,
Как сгонит улыбка веселья
С лица трудовую печать.
Такого сердечного смеха
И песни, и пляски такой
За деньги не купишь. «Утеха!» —
Твердят мужики меж собой.
В игре ее конный не словит,
В беде — не сробеет, — спасет:
Коня на скаку остановит,
В горящую избу войдет!
Красивые, ровные зубы,
Что крупные перлы у ней,
Но строго румяные губы
Хранят их красу от людей —
Она улыбается редко…
Ей некогда лясы точить,
У ней не решится соседка
Ухвата, горшка попросить;
Не жалок ей нищий убогий —
Вольно ж без работы гулять!
Лежит на ней дельности строгой
И внутренней силы печать.
В ней ясно и крепко сознанье,
Что всё их спасенье в труде,
И труд ей несет воздаянье:
Семейство не бьется в нужде,
Всегда у них теплая хата,
Хлеб выпечен, вкусен квасок,
Здоровы и сыты ребята,
На праздник есть лишний кусок.
Идет эта баба к обедне
Пред всею семьей впереди:
Сидит, как на стуле, двухлетний
Ребенок у ней на груди,
Рядком шестилетнего сына
Нарядная матка ведет…
И по́ сердцу эта картина
Всем любящим русский народ!

V

И ты красотою дивила,
Была и ловка, и сильна,
Но горе тебя иссушило,
Уснувшего Прокла жена!
Горда ты — ты плакать не хочешь,
Крепишься, но холст гробовой
Слезами невольно ты мочишь,
Сшивая проворной иглой.
Слеза за слезой упадает
На быстрые руки твои.
Так колос беззвучно роняет
Созревшие зерна свои…

VI

В селе, за четыре версты,
У церкви, где ветер шатает
Подбитые бурей кресты,
Местечко старик выбирает;
Устал он, работа трудна,
Тут тоже сноровка нужна —
Чтоб крест было видно с дороги,
Чтоб солнце играло кругом.
В снегу до колен его ноги,
В руках его заступ и лом,
Вся в инее шапка большая,
Усы, борода в серебре.
Недвижно стоит, размышляя,
Старик на высоком бугре.
Решился. Крестом обозначил,
Где будет могилу копать,
Крестом осенился и начал
Лопатою снег разгребать.
Иные приемы тут были,
Кладбище не то, что поля:
Из снегу кресты выходили,
Крестами ложилась земля.
Согнув свою старую спину,
Он долго, прилежно копал,
И желтую мерзлую глину
Тотчас же снежок застилал.
Ворона к нему подлетела,
Потыкала носом, прошлась:
Земля как железо звенела —
Ворона ни с чем убралась…
Могила на славу готова, —
«Не мне б эту яму копать!»
(У старого вырвалось слово)
«Не Проклу бы в ней почивать,
Не Проклу!..» Старик оступился,
Из рук его выскользнул лом
И в белую яму скатился,
Старик его вынул с трудом.
Пошел… по дороге шагает…
Нет солнца, луна не взошла…
Как будто весь мир умирает:
Затишье, снежок, полумгла…

VII

В овраге, у речки Желтухи,
Старик свою бабу нагнал
И тихо спросил у старухи:
«Хорош ли гробок-то попал?»

Уста ее чуть прошептали
В ответ старику: — Ничего. —
Потом они оба молчали,
И дровни так тихо бежали,
Как будто боялись чего…
Деревня еще не открылась,
А близко — мелькает огонь.
Старуха крестом осенилась,
Шарахнулся в сторону конь —
Без шапки, с ногами босыми,
С большим заостренным колом,
Внезапно предстал перед ними
Старинный знакомец Пахом.
Прикрыты рубахою женской,
Звенели вериги на нем;
Постукал дурак деревенской
В морозную землю колом,
Потом помычал сердобольно,
Вздохнул и сказал: «Не беда!
На вас он работал довольно,
И ваша пришла череда!
Мать сыну-то гроб покупала,
Отец ему яму копал,
Жена ему саван сшивала —
Всем разом работу вам дал!..»
Опять помычал — и без цели
В пространство дурак побежал.
Вериги уныло звенели,
И голые икры блестели,
И посох по снегу черкал.

VIII

У дома оставили крышу,
К соседке свели ночевать
Зазябнувших Машу и Гришу
И стали сынка обряжать.
Медлительно, важно, сурово
Печальное дело велось:
Не сказано лишнего слова,
Наружу не выдано слез.
Уснул, потрудившийся в поте!
Уснул, поработав земле!
Лежит, непричастный заботе,
На белом сосновом столе,
Лежит неподвижный, суровой,
С горящей свечой в головах,
В широкой рубахе холщовой
И в липовых новых лаптях.
Большие, с мозолями руки,
Подъявшие много труда,
Красивое, чуждое муки
Лицо — и до рук борода…

IX

Пока мертвеца обряжали,
Не выдали словом тоски
И только глядеть избегали
Друг другу в глаза бедняки,
Но вот уже кончено дело,
Нет нужды бороться с тоской,
И что на душе накипело,
Из уст полилося рекой.
Не ветер гудит по ковыли,
Не свадебный поезд гремит —
Родные по Прокле завыли,
По Прокле семья голосит:
«Голубчик ты наш сизокрылой!
Куда ты от нас улетел?
Пригожеством, ростом и силой
Ты ровни в селе не имел,
Родителям был ты советник,
Работничек в поле ты был,
Гостям хлебосол и приветник,
Жену и детей ты любил…
Что ж мало гулял ты по свету?
За что нас покинул, родной?
Одумал ты думушку эту,
Одумал с сырою землей —
Одумал — а нам оставаться
Велел во миру, сиротам,
Не свежей водой умываться,
Слезами горючими нам!
Старуха помрет со кручины,
Не жить и отцу твоему,
Береза в лесу без вершины —
Хозяйка без мужа в дому.
Ее не жалеешь ты, бедной,
Детей не жалеешь… Вставай!
С полоски своей заповедной
По лету сберешь урожай!
Сплесни, ненаглядный, руками,
Сокольим глазком посмотри,
Тряхни шелковыми кудрями,
Сахарны уста раствори!
На радости мы бы сварили
И меду и браги хмельной,
За стол бы тебя посадили:
„Покушай, желанный, родной!“
А сами напротив бы стали —
Кормилец, надежа семьи!
Очей бы с тебя не спускали,
Ловили бы речи твои…»

X

На эти рыданья и стоны
Соседи валили гурьбой:
Свечу положив у иконы,
Творили земные поклоны
И шли молчаливо домой.
На смену входили другие.
Но вот уж толпа разбрелась,
Поужинать сели родные —
Капуста да с хлебушком квас.
Старик бесполезной кручине
Собой овладеть не давал:
Подладившись ближе к лучине,
Он лапоть худой ковырял.
Протяжно и громко вздыхая,
Старуха на печку легла,
А Дарья, вдова молодая,
Проведать ребяток пошла.
Всю ноченьку, стоя у свечки,
Читал над усопшим дьячок,
И вторил ему из-за печки
Пронзительным свистом сверчок,

XI

Сурово метелица выла
И снегом кидала в окно,
Невесело солнце всходило:
В то утро свидетелем было
Печальной картины оно.
Савраска, запряженный в сани,
Понуро стоял у ворот;
Без лишних речей, без рыданий
Покойника вынес народ.
Ну, трогай, саврасушка! трогай!
Натягивай крепче гужи!
Служил ты хозяину много,
В последний разок послужи!..
В торговом селе Чистополье
Купил он тебя сосунком,
Взрастил он тебя на приволье,
И вышел ты добрым конем.
С хозяином дружно старался,
На зимушку хлеб запасал,
Во стаде ребенку давался,
Травой да мякиной питался,
А тело изрядно держал.
Когда же работы кончались
И сковывал землю мороз,
С хозяином вы отправлялись
С домашнего корма в извоз.
Немало и тут доставалось —
Возил ты тяжелую кладь,
В жестокую бурю случалось,
Измучась, дорогу терять.
Видна на боках твоих впалых
Кнута не одна полоса,
Зато на дворах постоялых
Покушал ты вволю овса.
Слыхал ты в январские ночи
Метели пронзительный вой,
И волчьи горящие очи
Видал на опушке лесной,
Продрогнешь, натерпишься страху,
А там — и опять ничего!
Да видно хозяин дал маху —
Зима доконала его!..

XII

Случилось в глубоком сугробе
Полсуток ему простоять,
Потом то в жару, то в ознобе
Три дня за подводой шагать:
Покойник на срок торопился
До места доставить товар.
Доставил, домой воротился —
Нет голосу, в теле пожар!
Старуха его окатила
Водой с девяти веретен
И в жаркую баню сводила,
Да нет — не поправился он!
Тогда ворожеек созвали —
И поят, и шепчут, и трут —
Всё худо! Его продевали
Три раза сквозь потный хомут,
Спускали родимого в пролубь,
Под куричий клали насест…
Всему покорялся, как голубь, —
А плохо — не пьет и не ест!
Еще положить под медведя,
Чтоб тот ему кости размял,
Ходебщик сергачевский Федя —
Случившийся тут — предлагал.
Но Дарья, хозяйка больного,
Прогнала советчика прочь:
Испробовать средства иного
Задумала баба: и в ночь
Пошла в монастырь отдаленной
(Верстах в тридцати от села),
Где в некой иконе явленной
Целебная сила была.
Пошла, воротилась с иконой —
Больной уж безгласен лежал,
Одетый как в гроб, причащенный,
Увидел жену, простонал
И умер…

XIII

…Саврасушка, трогай,
Натягивай крепче гужи!
Служил ты хозяину много,
В последний разок послужи!
Чу! два похоронных удара!
Попы ожидают — иди!..
Убитая, скорбная пара,
Шли мать и отец впереди.
Ребята с покойником оба
Сидели, не смея рыдать,
И, правя савраской, у гроба
С вожжами их бедная мать
Шагала… Глаза ее впали,
И был не белей ее щек
Надетый на ней в знак печали
Из белой холстины платок.
За Дарьей — соседей, соседок
Плелась негустая толпа,
Толкуя, что Прокловых деток
Теперь незавидна судьба,
Что Дарье работы прибудет,
Что ждут ее черные дни.
«Жалеть ее некому будет», —
Согласно решили они…

XIV

Как водится, в яму спустили,
Засыпали Прокла землей;
Поплакали, громко повыли,
Семью пожалели, почтили
Покойника щедрой хвалой.
Сам староста, Сидор Иваныч,
Вполголоса бабам подвыл,
И «Мир тебе, Прокл Севастьяныч!
Сказал. — Благодушен ты был,
Жил честно, а главное: в сроки,
Уж как тебя бог выручал,
Платил господину оброки
И подать царю представлял!»
Истратив запас красноречья,
Почтенный мужик покряхтел,
«Да, вот она, жизнь человечья!» —
Прибавил — и шапку надел.
«Свалился… а то-то был в силе!..
Свалимся… не минуть и нам!..»
Еще покрестились могиле
И с богом пошли по домам.
Высокий, седой, сухопарый,
Без шапки, недвижно-немой,
Как памятник, дедушка старый
Стоял на могиле родной!
Потом старина бородатой
Задвигался тихо по ней,
Ровняя землицу лопатой,
Под вопли старухи своей.
Когда же, оставивши сына,
Он с бабой в деревню входил:
«Как пьяных, шатает кручина!
Гляди-тко!..» — народ говорил,

XV

А Дарья домой воротилась —
Прибраться, детей накормить.
Ай-ай! как изба настудилась!
Торопится печь затопить,
Ан глядь — ни полена дровишек!
Задумалась бедная мать:
Покинуть ей жаль ребятишек,
Хотелось бы их приласкать,
Да времени нету на ласки.
К соседке свела их вдова
И тотчас, на том же савраске,
Поехала в лес, по дрова…

Мороз, красный нос. Автор: Некрасов

Анализ поэмы Некрасова «Мороз, Красный Нос»

Крестьянская тема красной нитью проходит через все творчество Николая Алексеевича Некрасова. Жизнь простого народа, его быт, радости и несчастья, тяжелая работа и короткие мгновения отдыха были хорошо известны русскому гуманисту. Не отошел Некрасов от своих литературных предпочтений и в поэме «Мороз, Красный Нос», которую написал в 1863 году и посвятил любимой сестре Анне.

Шестидесятые годы XIX века – сложный период в истории Российского государства. Обстановка в стране оказала свое влияние и на литературную жизнь. Революционное движение пошло на спад, в рядах демократов преобладали скепсис и уныние, вера в народные силы и крестьянский бунтарский дух серьезно пошатнулась, русская интеллигенция испытывала растерянность и мощное давление реакционных сил.

Скорее всего, эти обстоятельства и подвигли Николая Алексеевича к созданию поэмы, в которой были показаны лучшие черты людей из народа и четко обозначен огромный нравственный потенциал русской женщины.

Структура произведения «Мороз, Красный Нос» предельно проста, как и жизнь крестьянской семьи. В первой части поэмы Некрасов в деталях описывает похороны Прокла и горе его родственников в связи с потерей кормильца. Вторая часть поэмы полностью посвящена жене Прокла Дарье, которая и является главной героиней произведения.

Николай Алексеевич глубоко и детально изучил крестьянский быт, что особенно ярко продемонстрировал в первой части поэмы. Вечер накануне похорон Прокла и скорбная крестьянская процессия утром следующего дня отчетливо предстают перед глазами читателя. Становится понятно, что так приходилось хоронить многих крестьян. Особенно было тяжело проводить похороны зимой, что хорошо видно на примере отца Прокла. Убитый горем старик вынужден с огромным трудом копать в мерзлом грунте могилу для любимого сына.

Но в целом все персонажи поэмы, включая покойного Прокла, выписаны Некрасовым сдержанно, без особых эмоций. Они не должны были затмить образ главной героини произведения – «величавой славянки» Дарьи. Для этой женщины писатель не пожалел ни красок, ни сравнений, ни восторгов.

Во внешнем облике крестьянки воплотились представления народа о настоящей красавице, ее удивительно правильных чертах лица и крепком здоровом теле. Но героиня поэмы обладает также огромным душевным потенциалом. Верность, трудолюбие, стойкость, любовь к своей семье и готовность жертвовать ради здоровья и счастья родных – естественные и неотъемлемые качества Дарьи. Достаточно вспомнить, что эта женщина темной морозной ночью пошла за десять верст в монастырь, чтобы на последние средства выпросить у монашек чудотворную икону для спасения мужа.

Даже в самых сложных жизненных ситуациях Дарья не теряет надежду изменить жизнь к лучшему, сопротивляется невзгодам до последних сил. Но силы эти, к сожалению, не беспредельны. Поэтому судьба героини предопределена заранее, она очень типична для русских крестьянок девятнадцатого века: замужество, рождение и воспитание многочисленных детей, работа в поле и по дому, самый тяжелый и черный труд.

Три тяжкие доли имела судьба,
И первая доля: с рабом повенчаться,
Вторая – быть матерью сына раба,
А третья – до гроба рабу покоряться.
Дарье повезло лишь в том, что она избежала обязанности «до гроба рабу покоряться». Отношения с мужем Проклом сложились на удивление счастливо. Супруг любил Дарью сдержанно и немного сурово, что характерно для большинства крестьянских семей того времени. В тяжелой работе Дарья всегда была не только помощницей, а и верным другом, опорой, на которой держалась вся родня. В семье росли сын и дочка, а весной Дарья должна была родить третьего ребенка. Супруги мечтали о том, как красиво будут женить старшего сына.

Тяжелый труд и многие жизненные неурядицы переносить было легче, когда в семье царили искренние чувства и взаимопонимание. Дарья свято верила, что трудолюбие – залог счастливой жизни. Но тяжелая болезнь, которая настигла Прокла, унесла его в могилу. Похоронив любимого мужа, женщина не пала духом и не сломалась. Она взвалила на себя гораздо больше тяжелой работы, чем раньше. Проводив Прокла в последний путь, Дарья хотела приголубить осиротевших детей, но нужно было ехать в лес за дровами, чтобы ребята не замерзли в холодной избе.

Кульминацией поэмы является ее вторая часть, в которой погибает сама героиня. Здесь Некрасов больше места уделяет воспоминаниям Дарьи о прошлой жизни с любимым мужем, ее душевным переживаниям. Явь, сны и видения героини переплетаются и сливаются в одно целое. Лишь заехав в лес и оставшись наедине с собой, Дарья дала волю своим чувствам. Она звала мужа, голосила, говорила с ним, словно Прокл был жив. Женщина вспомнила летний сон и поняла, что он был вещим. Во сне Дарья оказалась среди огромного поля ржи. Сколько не звала она мужа на помощь, Прокл не пришел, как и сейчас.

Но Дарья не сдавалась. Она нарубила полную повозку дров и уже собралась уходить, как столкнулась с силой мистической – Морозом-воеводой. Хозяин зимы предлагал ей невиданные дары, свое царство, дворец, а также прекращение страданий, забвение, небытие и спокойствие. Но Дарья, замерзая до потери сознания, огромным усилием воли воскрешала воспоминания о прожитой жизни. Какой бы тяжкой она не была, но все же очень дорогой для женщины. В последнем жизненном бою Дарья не утратила силы духа, она проиграла битву со стужей с достоинством русской женщины. С той же покорностью, с которой крестьянка переносила все житейские удары, она вела свой последний диалог с Морозом–воеводой.

Вспоминая прожитую жизнь, Дарья пеклась не о себе, а о любимых детях, которых оставила в доме соседки. Полная отдача и самопожертвование ради родных – еще одна важная черта русской крестьянки. В образе Дарьи автор поэмы в полной мере раскрыл потенциал славянской женщины. Эта внутренняя и внешняя красота главной героини является идеей поэмы «Мороз, Красный Нос». Торжественный гимн простой русской женщине Некрасов исполнил блестяще.

Поэма «Мороз, Красный Нос», краткое содержание

Сестра Николая Алексеевича Некрасова упрекает брата в том, что он давно ничего не писал. Поэтому поэт посвящает ей свое последнее произведение. За окном разыгралась буря, она сильно тревожит автора. Ведь стихия может сломать старый дуб, который посадил отец Некрасова, а также иву, что сажала его мать.

Часть первая

Смерть крестьянина

Убогие дроги застряли в сугробе, и старуха идет их высвобождать. На дрогах лежит гроб. В избушке на лавке – покойник Прокл, сын крестьянки. Шумят глупые дети, и плачет жена усопшего Дарья, сшивая саван.

Русские женщины издавна славились своей красотой, трудолюбием и внутренней силой. Еще встречаются в деревнях великолепные представительницы славянской крови: высокие, крепкие, здоровые, отважные. Они не побоятся войти в горящую избу, остановить на скаку коня. Такой была и Дарья в молодости, но тяжелый труд и горе иссушили ее. Женщина крепится, но невольно плачет над саваном.

За четыре версты от дома находится церковь. Рядом с ней отец Прокла копает в мерзлой глине могилу. Завершив скорбную работу, он отправляется домой. По дороге догоняет свою старуху с дрогами. Уже на краю деревни супруги встречают блаженного Пахома. Босой, в веригах, в одной рубахе и с заостренным колом в руках он говорит старикам, что достаточно Прокл потрудился. Теперь покойный задал всем задачу: жена шьет саван, мать покупает гроб, отец копает могилу. После этого Пахом бредет дальше, гремя веригами.

Вернувшись домой, старики отводят к соседям озябших детей, а сами обряжают покойника и кладут в гроб. Когда все готово, близкие начинают причитать над телом. Услышав их, проститься с умершим приходят соседи.

Всю ночь над усопшим читает молитвы дьячок, а поутру собирается похоронная процессия. Верный Савраска, запряженный в те же дроги, стоит у ворот. Еще малым жеребенком купил его Прокл, и многое они повидали вместе. Весной и летом работали в поле, а зимой отправлялись в город на извоз. Случалось им терять дорогу в метель, тяжелую ношу везти, даже вой волков слышать с опушки леса.

Но в этот раз хозяин оплошал. Простоял полдня в сугробе, а потом трое суток шагал в обозе. Домой Прокл вернулся уже с жаром и без голоса. Ни горячая баня, ни слова и настойки ворожей, ни окунание в ледяную прорубь не помогли. Дарья сбегала в монастырь за чудотворной иконой, но едва поднесла ее больному, как тот застонал и умер. Теперь Савраска должен послужить своему хозяину в последний раз.

Убитые горем отец и мать открывают похоронную процессию. На дрогах – гроб и дети покойного, с вожжами идет его жена и немногочисленные соседи за повозкой.

Опускают гроб в могилу, прощаются с умершим. Даже староста, почтенный мужик, отдает покойному должное: Прокл всегда вовремя платил подати. Все расходятся. Под завывания матери старик-отец лопатой обравнивает могилу. Шатаясь от горя, родители возвращаются домой.

Дарья хочет приласкать бедных детей, оставшихся сиротами, но в избе холодно и дров совсем нет. Тогда она отводит Машу и Гришу соседям, а сама с Савраской едет в лес по дрова.

Часть вторая

Мороз, Красный Нос

В лесу холодно и пусто, лежит глубокий снег. Одиночество и уныние белоснежного пейзажа навевают беспросветную тоску. Дарья воет от горя – здесь ее никто не может услышать.

Наплакавшись вволю, вдова начинает рубить дрова. Но слезы иногда продолжают капать из ее глаз. Дарья не чувствует, что очень сильно озябли ноги. Она думает о муже и мысленно разговаривает с ним.

Скоро наступит весна, и дети выйдут играть на солнышке. Дарья будет подбрасывать Машу, а девочка начнет радостно смеяться. Они бы вдвоем любовались красавицей-дочкой, но Прокл покинул этот мир.

Теперь Дарью ждет тяжелая работа. Все, что делали супруги вместе, придется бедной вдове выполнять одной: пахать до темноты, ночью клепать косу, а утром идти косить. Дарья вспоминает свой летний сон. Ее окружило несметное войско, и она звала на помощь. Пришли мать, брат, свекор, дети, только не появился Прокл. Сон оказался в руку.

Сын вырастет и женится, но не увидит его свадьбы отец. А если парня в рекруты захотят взять? Кто заступится?

Женщина вспоминает, как ночью через лес бежала в отдаленный монастырь за чудотворной иконой, как в монастыре ей пришлось ждать, пока монашки отпевали молодую красивую схимницу. Потом к иконе пошли больные за исцелением. Но Прокла святыня не спасала, а Дарья отдала за возможность взять икону на время все свои сбережения.

Вдова загружает воз дровами и собирается идти, но опять погружается в горькую думу. В это время Мороз-воевода обходит свои владения и замечает Дарью. Он поет хвастливую песню о своем могуществе и неисчислимых богатствах, предлагая женщине разделить с ним зимнее царство. Он трижды спрашивает вдову, тепло ли ей, и Дарья дважды отвечает, что тепло, хотя с каждым разом Мороз насылает все больший холод. На третий раз Мороз оборачивается Проклом и начинает женщину целовать.

Дарье становится так тепло и хорошо, что она счастливо улыбается. Ей снится жаркое лето и вся счастливая семья: Прокл, родители, дети. А у нее будет еще ребенок. По сосне прыгает белка и осыпает женщину снегом, но Дарья уже ничего не чувствует в своем зачарованном сне.

Ответы на вопросы по поэме Некрасова «Мороз красный нос»

1. Что хочет сказать автор о русской женщине этими строками?
…С красивою силой в движеньях,
С походкой, со взглядом цариц…
«Пройдёт — словно солнце осветит!
Посмотрит — рублём подарит!»
…Во всякой одежде красива,
Ко всякой работе ловка.
В игре её конный не словит,
В беде — не сробеет, — спасёт:
Коня на скаку остановит,
В горящую избу войдёт!
В ней ясно и крепко сознанье,
Что всё их спасенье в труде…

Своими строчками о российской женщине поэт желает сказать, что он восторгается ее красотой, чувством собственного достоинства, как у королевы, приветливостью и искренностью, опытной работой. Российская женщина ловкая, смелая, трудолюбивая.

.Какие сравнения, эпитеты помогают создать портрет русской женщины? Приведите примеры.

Сравнения и эпитеты помогают создать портрет русской женщины. Некрасов сравнивает ее с царицей, с солнцем, взгляд такой женщины дорог, словно золотой рубль. Возмущенное лицо крестьянки поэт сравнивает с портретом: «как в раме». Зубы он сравнивает с «крупными перлами», то есть с жемчугом, о ребенке пишет, что он сидит на груди, «как на стуле», то есть уверенно, спокойно. Чтобы описать русскую женщину, Некрасов употреб¬ляет такие слова и выражения: «С красивою силой в движень¬ях…», «Красавица, миру на диво, Румяна, стройна, высока…», «Всегда терпелива, ровна…», «сердечный смех», «румяные гу¬бы», «внутренней силы печать», «нарядная матка».

3.Какая рифмовка используется поэтом (перекрёстная, парная, опоясывающая)?

В отрывке из поэмы «Мороз, Красноватый нос» Некрасов использует перекрестную рифмовку.

1. На какого героя русского фольклора похож Мороз-воевода? Подробно опишите его внешность, походку, голос.

Мороз-воевода очень похож на былинных богатырей: он таковой же сильный, величавый, могучий, могущественный, заботливый, надёжный властитель большущего королевства — обходит владенья свои, декорирует их и бережет. Высочайший, крепкий, седоватый, с лохматой бородой, радостный, малость хвастливый.

2. Опишите устно владения и богатства Мороза, постарайтесь при этом не забыть те эпитеты и сравнения, которые использует поэт.

Метель, снега и туманы подчиняются ему, строит дворцы изо льда, ледяные мосты, заковывает в лед огромные реки, королевство свое убирает в «алмазы, жемчуг, серебро».

4. Какую сказку напоминает вам диалог Мороза и Дарьи, героини поэмы?

«Морозко».


Добавить комментарий

You can use these HTML tags

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>