http://npc-news.ru/

Реальности, которых мы еще не познали

Представьте, что кто-нибудь ему скажет, что то, что он видел, было иллюзией? Не представил ли бы он, что тени, которые он ранее видел, истиннее, чем предметы, которые теперь показаны ему? Если его заставят смотреть прямо на свет, не будет ли у него боли в глазах, которая его заставит отвернуться? Он будет искать убежище в тенях, которые будет счи­тать более ясными, чем вещи, что теперь показыва­ют ему.

Он потребует, чтобы ему дали возможность при­выкнуть к зрелищу, ко всему находящемуся навер­ху. Позже он сможет видеть солнце. Только тогда он начнет понимать, что солнце определяет времена года, является хранителем того, что находится в видимом мире и в известном смысле причина всех вещей, которые его собратья привыкли созерцать.

Когда он вспомнит свое прежнее местопребыва­ние и мудрость пещеры, и своих собратьев-пленни­ков, не предполагаете ли вы, что человек этот позд­равит себя с переменой и пожалеет их? Представь, что снова такой человек с солнца внезапно будет возвращен в свое прежнее положение. Не будут ли его глаза несомненно полны темнотой?

Если начнутся споры, и он должен будет измерять тени пленников, которые никогда не выходили из пещеры, то пока его зрение будет слабым, не будет ли он казаться смешным? Люди скажут о нем: «Он пошел наверх и вернулся вниз без глаз», было бы даже лучше не думать о восхождении. Если кто-ни­будь попытался бы освободить и повести вверх к свету другого, то пленники схватили бы зачинщика и предали бы смерти".

«Существуют ли реальности, которых мы еще не познали?» спрашивала я себя. Книга о Кэйсе про­должала тревожить мой ум. В конце концов факты следовало объяснить. Имелось конкретное указание на возможности человеческого ума, которые нахо­дились вне пределов моего образования и жизнен­ного опыта. Предположим, что я откажусь от моих нынешних исследований и практики в хорошо уста­новленных областях неврологии и психиатрии, что­бы изучать и оценивать эти явления?

Открывалось поле исследования, еще не при­знанное пригодным для научных методов. Но мог­ла ли я найти способ изучения, который можно было бы применить к этому типу явлений? Может быть, настало время исследовать новую область человеческого опыта квалифицированному уче­ному и врачу? Когда я думала об этом, то понима­ла, что не могу ожидать поощрений со стороны коллег и друзей и что могу встретиться с серьезной критикой^

Существовали ли другие лица, подобные Кэйсу, с восприятиями вне границ пяти чувств? Можно ли было отыскать их и исследовать? Могла ли я объяс­нить явления СЧВ? Притяжение новой истины, ко­торая могла быть открыта, было непреодолимым. Я начала серьезно подумывать, не рискнуть ли мне своей репутацией и карьерой, чтооы отдать все вре­мя изучению людей с такими странными и изуми­тельными талантами.

Я начала осторожно расспрашивать друзей о лю­дях с таинственными дарованиями. Так как я не хотела обсуждать мои новые интересы теперь же, то должна была мистифицировать своих знакомых коллег. Постепенно предварительные расспросы разрослись во вполне оперившийся проект, который стал делом моей жизни. Эта книга является историей того, как я шла к открытию. Здесь нет ответов или претензий на ответы. В книге излагаются факты и ставятся вопросы. Другие соберут больше информа­ции и ответят на них. Я все еще имею «открытый ум» и поэтому, увы, для меня нет пути назад. Это будет оставаться делом всей моей жизни.


Комментарии закрыты.