http://npc-news.ru/

Эмоциональный кризис

Как правило, процесс начинается с регрессии зре­лого Я до настроения подростковой растерянности. Благодаря более богатым источ­никам, чем те, которые — имелись в распоряжении в той ранней фазе, может быть достигнута новая более зрелая структура и интеграция личности. Но такие исключи­тельные случаи не должны вести к предположению, будто тюремное заключение в це­лом оказывает благотворное влияние на психику» (там же, 359).

«Эти изменения происходили точно так же, как в детстве до Наступления латент­ной фазы, на стадии преодоления эдипова комплекса: в неволе происходит запоздалое формирование Сверх-Я. Этот же процесс, но в гораздо более выраженной форме, можно было констатировать и у заключенных с обычным уровнем развития. Они формирова­ли новые Я-идеалы, их Сверх-Я становилось более строгим, вынуждало Я к усилению сексуальных барьеров и законов и в значительной мере влияло на социальные установ­ки, сексуальную жизнь и личные отношения» (там же, 360).

«Щепетильность в отношении сексуальности, психическую и физическую сверх-чистоплотность легко-распознать"как усилившиеся реактивные образования. Они формируются как защита от тех гомосексуальных и догенитальных черт, кото­рые проявлялись у преступников и которые возникали или усиливались вследствие Прерывания гетеросексуальных отношений и жизни в атмосфере неопрятности в условиях тесного контакта с другими женщинами.

Гетеросек­суальные желания

Фактически большинство политических заключенных не отказались от гетеросек­суальных желаний и от своей генитальной организации. У многих из них постоянно возникали сновидения о половом акте с мужчинами или возлюбленными, и они ис­пытывали оргазм. Некоторые из женщин признавались, что находили замещающее удовлетворение с помощью мастурбации. Тем не менее многие заключенные полно­стью подавляли свои сексуальные потребности, как это они делали в латентный пе­риод своего детства…

По вечерам большинство девушек с мечтательным выражением и тоской в глазах рассказывали о прошлых отношениях со своим мужем или возлюбленным, оживляя сча­стливые воспоминания, но, очевидно, отрицая все прежние конфликты или страдания.

Нам опять вспоминаются феномены, относящиеся к подростковому возрасту, ког­да идеализированные грезы о мужчинах и любви совпадают с влюбленностью в жен­щин или с гомосексуально окрашенной дружбой» (там же, 361).

«У молодых заключенных можно было наблюдать, что один компонент женской сексуальности совершенно не был подавлен, скорее он был даже усилен: желание иметь ребенка. Все молодые женщины планировали сразу после освобождения родить ребенка независимо от ожидаемой ими материальной ситуации. Легко было увидеть, что эти фантазии о потомстве и родах помогали женщинам укрепить поколебленное чувство собственного достоинства 6.

Дополнительная информация об освобожденных заключенных мужского пола наводит на мысль, что их сексуальная жизнь протекает по той же генеральной линии, что и у женщин». Тем не менее мужчины более регулярно занимаются мастурбацией и меньше стесняются обсуждать друг с другом свои сексуальные потребности. В це­лом можно предположить, что психологические феномены тюремного заключения у обоих полов примерно одинаковы» (там же, 362—363).


Комментарии закрыты.