http://npc-news.ru/

Родители — неумелые воспитатели

Мы не умеем обращаться с тем, с чем не можем идентифицироваться. Если ро­дители — неумелые воспитатели, если родители, например, крадут или вытеснили свое желание получать что-либо даром, то начинает воровать и ребенок. Если родители су­тяжничают или вытеснили собственную враждебность, то тогда любит спорить и ре­бенок, и так далее» (там же, 141). «Справедливость, несомненно, основана на созна­нии того, что принятие необходимого является первым законом психического здоровья» (там же, 142).

«Так, родители, практикующие отказ (курсив мой. — К. К.), дают своему ребен­ку ясно понять,

1)что они понимают естественность примитивных потребностей;

что ребенку важно иметь возможность и в дальнейшем видеть такие прими­тивные "права";

что, несмотря на все остальные искушения ребенок должен своевременно на­учиться предпочитать тот способ самовыражения, который вместе с тем приемлем и социально. Ребенка побуждают отказаться, а не предписывают "вытеснять черта во всей его красе"» (там же, 1 ?9).

Наверное, будет полезным проиллюстрировать столь кратко изложенные прин­ципы описанием случая из работы другого автора. Он сообщает о своем коллеге, док­торе Кинге, и его жене:

«Они усыновили юношу четырнадцати лет, от которого отказалась семья и кото­рый многие годы считался делинквентным. Вначале ему было сказано, что они поста­раются сделать все возможное, чтобы он почувствовал себя в своем доме и был счаст­лив, но по положению закона они вынуждены настаивать на том, чтобы он ночевал дома и ходил в школу. Они пригласили его за обеденный стол, но сказали, что он не обязан есть с ними, если он сам того не желает. Некоторое время он ел в углу ком­наты… Он был упрям и скрытен. Они оставляли небольшие суммы денег, которые он регулярно брал. Его не наказывали и не следили за его поведением; они принимали его, были дружелюбны и искали способы сделать его пребывание у них приятным. Спустя несколько месяцев доктор Кинг услышал, как тот рассказывал юноше, стояв­шему с ним на улице, что Кинги обращаются с ним жестоко, часто бьют и совсем не кормят. Обо всем этом он никогда с ними не заговаривал. После многих месяцев совместной жизни он, наконец, начал есть вместе с ними, но не делал никаких по­пыток быть вежливым; обращался он к ним очень редко. Я не помню, как он учился в школе, но знаю, что в то время он посещал ее регулярно. Я не помню точно также этапы развития, но оно шло очень медленно. Проведя в доме почти год, однажды он поразил доктора Кинга, спросив, не может ли он взять его с собой, если поедет в го­род. Доктор Кинг ответил утвердительно, но не сделал ни малейшей попытки втянуть юношу в беседу, посчитав, что все должно идти своим чередом. Вскоре после этого стало очевидно, что юноша в своей неловкой манере попытался подружиться с док­тором Кингом, и в конце концов он стал следовать за ним повсюду, словно тень. Это продолжалось недолго, после чего он начал рассказывать о некоторых своих про­шлых переживаниях. Это переросло в удивительное стремление говорить о своем про­шлом, и доктор Кинг сказал, что он не никогда прежде так отчетливо не восприни­мал, в какой степени делинквентныЙ ребенок может страдать от своего враждебного окружения. Юноша рассказал о своей враждебности к семье, школе, органам власти, с которыми ему пришлось иметь дело, к полиции, суду и ко всему остальному, что составляло часть его жизни. Доктор Кинг сказал ему, что его неприязнь понятна, и сумел также показать, что добрая часть его недуга проистекает из его собственной позиции и поведения, что опять-таки было обусловлено его прежним страданием.


Комментарии закрыты.