http://npc-news.ru/

Почему имплицитная коммуникация общепринята?

В западном обществе существуют две рас­пространенные тенденции, которые влияют на понимание имплицитной коммуникации. Хотя одну из них можно обнаружить в любой культуре, наличие обеих тенденций в рамках одной куль­туры с точки зрения имплицитной коммуникации невероятно значимо. Первая и, возможно, более важная из этих традиций ограничивает выраже­ние чувств, особенно отрицательных, за предела­ми круга близких отношений. Вторая касается от­сутствия системы официального обучения имп­лицитной коммуникации в структурах формаль­ного образования. То, как дома и в школе посто­янно подчеркивается важность речевых навыков, входит в резкое противоречие с пренебрежением, демонстрируемым по отношению к имплицитной коммуникации.

Как взаимодействуют две эти тенденции, оказывая свое влияние на коммуникацию? Пред­полагается, что организм человека не может пол­ностью «скрыть» эмоцию, то есть эмоции, не на­ходящие выражения в одном канале, выражают­ся как-то по-другому. Как отрицатель­ные (фрустрация, раздражение, гнев, враждеб­ность), так и положительные (удовольствие, сим-

патия, любовь) переживания — часть социального существования, поэто­му если выражение какой-то из них приостанавливается, она более шзаметно передается через имплицитное поведение. Такие средства выраже­ния, хотя и менее очевидны, тем не менее, одинаково понимаются многи­ми людьми. То, что система образования не уделяет внимания имплицит­ной коммуникации, помогает навсегда сохранить ситуацию, в которой «социально неприемлемые чувства» должны выражаться в поведенийминуя речь, и не должны «официально» признаваться частью коммуника­ции человека: мы учимся выражать множество чувств этими обходными путями, чтобы избежать обвинений в нарушении общественных норм.

Именно это составляет одно из препятствий при ис­следовании коммуникации; можно наблюдать и изучать такое многообра­зие форм поведения, что становится трудно выбрать, с чего начать, что исключить, а чему отдать предпочтение.

Пребывая в отчаянии, некото­рые исследователи обращаются к изучению физических характеристик движений. Бердвистл (Birdwhistell, 1952) описал размах, протяженность и скорость движений всех частей тела. Другие (Pittenger, Hockett, and Danehy, 1960; Trager, 1958) пытались описать имплицитное поведение, Не уделяя особого внимания значимости этих сигналов в социальных ситуа­циях. В анализе танца, где можно было бы ожидать, что в описании дви­жений будут учитываться чувства и интуиция, странно обнаружить лишь совершенную систему условных обозначений, описывающую только те­лодвижения без всяких ссылок на их значения (Hutchinson, 1970). Под­ход, опирающийся исключительно на физическое описание, нельзя счи­тать адекватным в изучении невербального и имплицитного речевого по­ведения. Здесь невозможно учесть одинаковое значение, которое могут иметь несходные движения различных частей тела (например, одобрение, высказываемое кивком головой или похлопыванием по спине). Что еще более важно, такой подход не может предоставить основания для опреде­ления социально значимых форм имплицитного поведения.


Комментарии закрыты.