http://npc-news.ru/

Ситуации неопределенности

В русской пословице «ждать и догонять хуже некуда» словосочета­ние «хуже некуда» со всей определенностью и недвусмысленностью пере­дает драматизм эмоциональных переживаний индивида, оказавшегося в ситуации неопределенности: «ждать и догонять».

Положительные ре­зультаты не гарантированы, исходы не предрешены. Несмотря на то, что в процессе филогенеза человеческая психика обрела специфические способы совладания и преодоления напряженности ситуаций неопреде­ленности, попадание в них нередко оказывается для индивида не только драматичным, но и фатальным. Как показал в своих работах Г.Бейтсон, систематическое попадание индивида в ситуации неопределенности, про­яснить которые или выйти из которых индивид не может, формирует у него симптомы шизофрении [2]. Однако, попадание индивида в ситуацию неопределенности может иметь для него не только негативные, но и пози­тивные последствия. Покажем это на примере ситуаций неопределенно­сти, которые Г.Бейтсон называет «двойной зажим».

Двойной зажим, по Бейтсону, это коммуникативная ситуация, неред­ко возникающая в процессе общения между людьми, суть которой заклю­чается в том, что индивид, включенный в ситуацию, получает от своего партнера или партнеров сообщение, различные аспекты которого могут противоречить или даже взаимоисключать друг друга.

Вербальная часть сообщения может не совпадать по смыслу или даже отрицаться невер­бальной составляющей этого же сообщения. Например, уставший от об­щения со своим полуторагодовалым сыном отец раздраженно говорит ему: «А давай еще поиграем в машинки.». Те, кто имел счастье много общаться с детьми, знают, что активность ребенка в таких ситуациях рез­ко меняет направленность (дети начинают капризничать, плакать, стано­вятся пассивными) и в конце концов они «достаются» другому взрослому. Добившийся желаемого результата отец облегченно вздыхает про себя, а вслух говорит матери ребенка: «Поиграй с ним теперь ты! Видишь, он от меня устал». Кстати, если причина отцовского раздражения кроется не в ребенке, а в отношениях с женой, то заключительная фраза будет другой. Что-нибудь вроде: «Что за плаксу и капризу ты воспитала!..». В этом при­мере информация, выраженная интонационно, противоречит информации, сообщаемой в словах.

Парадокс в коммуникации может создаваться не только противоре­чием вербальной и невербальной составляющей высказывания, но и про­тиворечием внутри фразы. Классическим примером такого высказывания является фраза: «Приказываю не выполнять моих приказаний!».

В ситуацию двойного зажима можно попасть и в результате про­тиворечивой информации, исходящей от двух лиц, которые являются для получателя одинаково авторитетными и примерно в равной степени жизненно значимыми. Так, отец может дать разрешение мальчику идти купаться одному без присмотра, объясняя это необходимостью воспи­тания «настоящего мужика», а мать одновременно может требовать обратного, ссылаясь на опасность для жизни ребенка и при этом приво­дить в пример множество трагических и страшных случаев, произошед­ших во время купания. Ребенок опасается, с одной стороны, утратить уважение отца, а, с другой, испытывает страх перед возможной утратой теплых отношений с матерью, ее холодностью, отчуждением и даже враждебностью. Диаметрально противоположная информация, посту­пающая в сознание ребенка, на фоне его одинаковой зависимости от отца и матери, создает проблемную ситуацию, для разрешения которой ребенок не обладает еще достаточным интеллектуальным, волевым и экзистенциальным ресурсом. И в этом случае, и тогда, когда противоре­чивая информация исходит от одного лица, в сознании ребенка, стано­вящегося своеобразной «информационной жертвой» почти неизбежно возникает кризисная ситуация, которая, являясь трудноразрешимой, не­редко становится психологическим тупиком.


Комментарии закрыты.