http://npc-news.ru/

Маргарита Пушкина — самое большое недоразумение в русском роке

Признаюсь честно, для меня это имя всегда было окружено ореолом мистики. Написав кучу стихов и песен, приняв участие во всевозможных рок-акциях, сия уникальная персона через столько лет так и осталась на нашем с вами «железном» небосклоне тем самым НЛО, который известен всем, но о котором толком никто и ничего не знает. Вот с таким сумбуром мыслей в голове погожим мартовским деньком я позвонила в дверь одной московской квартиры. Дверь открылась и на пороге появилась Маргарита Пушкина собственной персоной.

Маргарита Пушкина фото

Маргарита Пушкина фото

Сопровождаемая отчаянным лаем домашнего любимца, эмоциональной «моськи” по прозвищу Пинч, я прошла по коридору и оказалась в святая святых в комнате, где собственно говоря. и протекает кипучая жизнедеятельность знаменитой рок-дивы. Ознакомив Магариту с планом ее собственного допроса, я включила диктофон, на котором и был увековечен этот поистине монументальный диалог.

— Банальный вопрос — с чего все началось?

«Все, как ни странно, началось с революции. В детстве я увлекалась историей кубинской революции и писала стихи, поэмы про Фиделя, войну, Гавану. Позднее я познакомилась с музыкантами, и вся моя революционная романтика плавно перешла в написание песен для рок-групп.Так и пошло: стихи, песни, статьи».

— Кстати, кем ты себя считаешь в первую очередь — поэтом или журналистом?

«Боже упаси (отчаянно машет руками)! Я не считаю себя ни журналистом, ни поэтом. То, что я иногда пишу статьи, — это ничего не значит. Ну, умею складывать слова. Кто-то понимает, о чем я пишу. Правда, люди более старшего возраста ничего в моей писанине не понимают вообще. Они часто говорят: «Риточка, мы читали вашу статью и ничего не поняли. Но забавно!» Стихи? Стихи, насколько я знаю, пишут все. Но не всякий, кто пишет стихи, тот поэт. Я не считаю себя поэтом и не люблю применять к себе это слово. Текстовик? Это тоже совершенно унизительно и безобразно. Короче говоря, я не знаю, кто я такая. Скорее всего, меня можно назвать недоразумением, которое какие-то свои способности и возможности старается применять в этом болоте под названием рок-музыка. Для того, чтобы окружающим было нескучно. Да и мне тоже».

— Маргарита, а ты сама не пробовала себя в качестве музыканта?

«Это моя мечта. У меня есть музыкальное образование по классу фортепьяно. Я пыталась научиться играть на гитаре, но у меня ничего не вышло. Хотя буквально на днях сбылась моя мечта — я «играла» на клавишных хит Europe «Final Countdown» в «МДМ» на концерте «Рок в защиту фонограммы», устроенном великим Немоляевым. лидером этого движения. На сцене выступало двенадцать «волосатых чертей». Фурор был полный. Мне очень понравилось, и мы с Немоляевым договорились, что будем вместе работать и дальше».

— В каких-нибудь подобных акциях ты еще принимала участие?

«Да. я и Градский вместе с нашими друзьями устраивали «Рок-панораму-86». «Рок-панораму-87», «Интершанс». Интересные были времена. Помню, для того чтобы организовать концерты, сплачивались всевозможные силы, сочувствующих находили даже в комсомоле».

— Сейчас интересней работать или в те времена?

«Сейчас невозможно работать. Раньше во всей этой борьбе была своя прелесть. Тогда была двойственная ситуация. С одной стороны, нас душили худсоветы, Минкульты, Москонцерты. Помню, что когда я в очередной раз зарифмовала один из рассказов Рэя Брэдбери, какая-то тетка из одного такого заведения говорила мне: «Риточка, что это за упаднические настроения? У нас такого в стране не может быть!» Это они нам рассказывали, что было у нас в стране! Еще я помню, как на худсовет фирмы «Мелодия» приходил куратор из КГБ по фамилии Зубов. Страшный человек! Он орал: «Куда ваши песни зовут советскую молодежь? Что подумает дядя Вася, проснувшись утром и услышав «Монолог» (группа «Автограф» — прим. автора)?». Но с другой стороны. тогда можно было большего добиться, чем сейчас».

— Для кого вы написали свою первую песню?

«Первый текст был написан для Саши Кутикова. Потом он привел меня в «Високосное лето», где я развернулась в полной мере. Писала песни для «Карнавала». «ЭВМ», «Кураж», «Автограф». Работала с «Мастером». Кстати, я также написала им пять вещей для альбома ‘Песни Мертвых Для Живых’. Совсем недавно сделала пару блюзов для «Трефа». Для «СС-20» я сделала танго о воронах, написала к нему и стихи и музыку. Музыканты долго смеялись над ним и пообещали включить в альбом. А еще совсем недавно у меня был смешной попсовый прорыв, я сочинила два совершенно хулиганских текста для группы «Стрелки», это некое подобие Spice Girls. В первой вещи есть такие строчки: «Мамочка, мамуля, открой мне секрет: как же я могла появиться на свет? Ты так не любишь папу!» А вторая про одуванчик на городской помойке. Я даже не думала, что из них получатся два хита».

— А «Ария”?

«Это крест на всю жизнь. Я работаю с этой группой с самого начала, и вместе мы записали уже семь альбомов».

— Расскажи поподробнее о вашей совместной работе.

«Началось все с того, что Холстинин предложил мне сделать пару песен для их первого альбома. Затем я принимала участие в работе над вторым альбомом, где написала песню «Без тебя». настоящий «арийский» хит, блестяще исполненный Кипеловым. А уже следующий альбом — это мой сольный. В его основе лежит моя идеология, хотя, конечно, с корректировкой Холстинина. Он обычно жестко контролирует тексты».

— То есть песни нельзя назвать лично твоими?

«Если бы песни на «арийских» альбомах был лично моими, то в них было бы больше сумасшествия. эмоций, всевозможного полета и улета. А так, я и Холстинин вместе обязательно обсуждаем темы песен, потом Холст долго думает над готовыми вариантами. Вообще, мы с ним можем 16 раз переписывать один и тот же текст, и на 17-й раз это будет полная противоположность первоначальному варианту. Образцом нашего совместного творчества для меня является альбом ‘Кровь За Кровь’. Я считаю, что по музыке, по текстам, по настроению это самый лучший, самый концептуальный, самый мощный альбом’.

— Что ты можешь сказать по поводу последнего — ‘Генератора Зла’?

«Знаешь, это самый тяжелый и самый страшный альбом в моей жизни. Меня тогда даже обуяла паника. Первый раз в жизни я не знала. что писать. Я что-то не смогла понять в той ситуации, которая сейчас сложилась в коллективе. Я люблю работать с группой, которую не раздирают противоречия А в «Арии» сейчас происходит какая-то непонятная возня, и общая атмосфера очень сказывается на желании работать. И все-таки на этом последнем альбоме есть моя самая лучшая вещь — «Беги За Солнцем” Она получилась в духе пинкфлойдовской «Стены». Я не могла написать ее целый год, она ускользала от меня, как змея из рук. Но в итоге все получилось. И когда альбом был готов, я слушала ее каждый день по пять раз».

— А как тебе удается писать музыку для мужчин?

«Мне часто задают такой вопрос. Что я могу ответить? Я не знаю, как это получается. К тому же. повторюсь, все тексты всегда согласовываются с музыкантами».

— Хорошо, тогда откуда берутся мысли?

«Все идет от музыки, от звука, от настроения. Когда мне дают «рыбу», самое главное для k меня понять настроение музыки. Если настроение понятно, мне намного легче придумать ка-кую-либо тему. А вообще, это очень интересный процесс. Я его называю «процесс погружения». Это когда ты полностью отключаешься, погружаешься в эту музыку, и вдруг появляются ка-кие-то образы, мысли. Это потом все может исчезнуть, но первый толчок дается именно в таком состоянии. Иногда, правда, сюжет дают сами музыканты. Как это, допустим, было с песней «Следуй За Мной» у “Арии”. Эту идею мне подкинул Кипелов».

— Не тяжело ли писать тексты на музыку?

«Конечно, любому человеку, знакомому со стихосложением, легче писать самому. К примеру. я работаю с группой «СС-20″ и Ольгой Дзусовой именно так. Я задаю форму песни — запев, припев, а Ольга делает уже музыку. С ней вообще легко в этом плане. Она тебе уложит на музыку любой текст. Я могу сделать строчку длиной с километр, и она ее пропоет».

— Ты можешь назвать себя профессионалом?

«Нет, я не профессионал. Профессионал делает песни на любую музыку, с любым исполнителем и при этом четко определяет цену за свою работу. Я же денег практически не беру. Мне звонят разные люди, просят помочь, и если музыка мне нравится, то я охотно помогаю. Так. к примеру, пришел ко мне Кожин из «Трефа», принес на выбор две вещи со своего последнего альбома. Я написала текст к блюзу «Тоска». Вы не представляете, какое удовольствие было для меня это писать! Я поняла этот блюз, это настроение. настоящую тоску, депрессию. Я, как всегда, долго думала. А потом раз — и за пятнадцать минут все сделала».

— У всех твоих песен довольно непростой смысл.

«Да. действительно, простых текстов у меня нет. Я всегда их шифрую. Был случай, когда в прямой эфир на радио позвонила одна девушка и представила мне полную расшифровку всех «арийских» текстов с мистической точки зрения. И что интересно, многое она угадала. Конечно, большинство мыслей идут от какого-то впечатления Я читаю много полумистической латиноамериканской литературы, которая дает очень много позитивного. В качестве примера можно привести такую песню, как «Желтые Бабочки Падают С Неба”. Это по Маркесу. Также большое влияние на сюжет оказывают фильмы, Библия. Я всегда реально представляю всех своих героев. Для меня это одновременно игра и съемка фильма».

— Значит, у тебя все тексты с мистической подоплекой?

«Нет, не все. Вот. к примеру, песня «Жестокий Роман» с альбома «СС-20» ‘Секир-башка’. про музыканта и телефонистку. Это не мистика. Это из жизни. У меня был приятель, музыкант. Его жена работала телефонисткой. Их жизнь стала для меня отправным моментом. Или. допустим, я увидела какого-нибудь интересного персонажа и придумываю историю”.

— Смысл стихов с возрастом всегда меняется.

«Если говорить о текстах, то с «Арией» в этом плане очень тяжело. Холст считает, что так как на «Арию» сейчас приходят в основном 15-летние подростки, то надо подделываться под них, Кстати, это одна из причин, почему я с неохотой писала последний альбом — я не люблю подделываться. А потом те ребята, которые приходят на «арийские» концерты, — они совсем не такие, какими их представляет тот же самый Холстинин. Он принижает их умственные способности. На самом деле они очень эрудированные и умные люди. Я разговариваю с ними на концертах и понимаю. что они знают больше, чем некоторые музыканты».

— Ты выпускаешь свой собственный журнал «Забриски Rider». Расскажи немного о нем.

«Это довольно неоднозначный журнал для думающих «волосатых». Стал выходить с 92-го года. Когда мы его регистрировали, то все очень удивлялись названию “Забриски Rider». Мы перевели его как «Гонщик из деревни Забриски». Мы начинали как хипповый журнал — дань моей юности. Сейчас мы «утяжелились», и, как мне кажется, журнал стал более серьезным. Как мне доложили «Ночные Волки», «Забриски Rider» уже стал культовым. Конечно, проблем очень много. Все деньги, которые я получаю с пластинок, тратятся на издание журнала. Делаем мы его втроем -я. Игорь Тарасов (бас-гитарист “СС-20”). и еще один человек занимается макетом».

— Это музыкальный журнал?

«Нет. я назвала бы его контр-культурным. Там и философия, и быт, и кино, и литература. Мы можем писать о каких-нибудь нонконформистских делах, а потом вдруг на страницах журнала может появиться статья про Мерилина Мэнсона или готический рок. Есть у нас, конечно, материалы о наркотиках. Но мы стараемся давать это в нужном русле. Надо заметить, что с каждым номером наш журнал становится все толще и толще: очень много интересных тем, статей. Это уже своего рода альманах”.

— Ты еще работаешь в «Московском Комсомольце».

“Это трудно назвать «работой». Я просто звоню в редакцию и говорю: «Ребята, давайте я вам что-нибудь напишу. Что-то скучно стало вас читать!”, «МК» — газета несерьезная. Им все нужно со стебом. Вот я и веселюсь как могу. Кстати, могу рассказать одну курьезную историю, которая отняла у меня десять лет жизни. Приехал к нам «Саморазрушающийся Микрорайон». Если честно, «Саморазрушающийся Микрорайон” не моя эстетика, и я про эту группу практически ничего не знаю. Но я позвонила в редакцию «MIC и предложила Гаспаряну написать репортаж о впечатлениях человека, пришедшего на концерт незнакомой группы. Он согласился. Прихожу я на концерт. Там встречаются все местные эстеты — Троицкий, Липницкий и иже с ними со странным вопросом: «А ты что здесь делаешь?» Такое впечатление, как будто я не могу прийти на концерт индустриальной команды. Концерт мне очень понравился. Это совершенно безумная группа. Но самое главное, что из всех музыкантов в лицо я знала лишь Бликсу. Так вот, я написала такую разудалую статью и отправила в редакцию. А вечером мне звонит один знакомый, мы обмениваемся впечатлениями от концерта, и вдруг от него я узнаю, что в концерте Бликса не участвовал. Это был такой кошмар! Я сразу живо представила торжествующие физиономии моих недругов: «Наконец-то, Пушкина села в лужу, сунулась не туда. За Бликсу приняла совсем другого человека!» Короче говоря, я всю ночь не спала, у меня даже поднялось давление. Утром я звоню в редакцию, а мне говорят, что уже поздно, все отпечатано. Тогда я в шоке звоню в последнюю инстанцию, есть у меня один знакомый меломан, И он говорит; «Знаешь, а по-моему, он все-таки был». Я некоторое время в страхе ждала звонков и тогда дала себе обещание, что если я действительно «прокололась», то больше никогда не напишу ни одной строчки. Но оказалось, что все-таки это был Бликса!»

— У тебя много недображелателей?

«Среди сильной половины журналистской братии меня не любят. Наверно, из-за того что я, женщина,-смогла куда-то прорваться. Я это явление называю «мачизмом» [от испанского слова мачо • самец). Также есть люди, которые считают, что Пушкина и хард-рок — вещи несовместимые. Я думаю, что они неправы. Я выросла с хард-роком и помру с хард-роком. Это моя грядка»

— С кем из групп ты сейчас хотела бы поработать?

“Честно говоря, я даже не знаю. Рок-н-ролл — это очень личная вещь. И музыканты сами пишут стихи, Я, наверное, единственная наемница в русской рок-музыке. К тому же сейчас я не вижу ни одной интересной для себя группы Ну, «Ария» — это старая команда, оставшийся в живых динозавр. А так у нас. в отличие от Запада, нет интересной музыки и хороших музыкантов. Я бы даже сказала, что музыки у нас нет вообще. Вот. к примеру, мною уважаемый Четвергов. Он хороший музыкант, когда играет вещи Пейджа, а когда он играет свои вещи — впечатление портится. У нас нет серьезной музыки, она у нас не приживается и автоматически попадает в разряд некоммерческой. Что касается молодых групп, то я вижу у них только желание захапать кучу денег и кого-нибудь простебать. Конечно, в этом нет ничего плохого, но к этому нельзя относиться серьезно. Вот, возьмем Профессора Лебединского. «Я убью тебя, лодочник!» — гениально! Это надо же такое придумать! Ну. сработала у него эта фишка, и что дальше? Это не музыка, это цирк”.

— Может, стоит нашим музыкантам петь на английском?

«Зачем? У меня по этому поводу был большой спор с Большаковым (менеджер группы Gorky Park). Я, конечно, не славянофил но считаю, что в России надо петь по-русски. Как пока зывает опыт, у нас английская фишка не проходит Возьмем, к примеру, ‘Мастер». Они убили себя своим ‘англоязычным» альбомом Это был эксперимент, который стоил им жизни. «Фирменные» вещи в нашей стране можно петь по клубам для толстопузиков. Но если ты собираешься играть «тяжелую» музыку, то нужно петь на русском языке. Вообще, для меня рок-н-ролл это сначала люди, потом слово, на котором и построен русский рок, и затем уже музыка. А вот с ней-то у нас беда. И еще наша проблема заключается в том, что у нас почему-то боятся экспериментов в музыке. «Ария» на последнем альбоме пыталась, что-то изменить. Но им это очень трудно: они делают робкий шаг в сторону и пугаются. А вот я бы на их месте сделала бы совершенно ни на что не похожий альбом. Какой-нибудь электронный».

— И все-таки есть какие-нибудь планы на будущее?

“На данном этапе у меня возникает такое желание все бросить и заняться чем-нибудь другим. Сейчас я не вижу точку приложения своей энергии. Я не знаю, с кем работать. Все чудовищно, дурновкусие тотальное. У меня есть много задумок, хочется сделать настоящий готический альбом типа Gathering. Но я не знаю, кому это можно было бы отдать. Хотя я надеюсь на лучшее и жду интересных предложений. Я люблю рок-музыку. Я люблю ходить на рок-концерты, На концертах “Арии» я пою с ними всю программу. Я живу этим, я это чувствую. У меня, кстати, была интересная теория с одним человеком, Мы стали друг друга спрашивать, кому чего не хватает в жизни. Я подумала и ответила: ‘Знаешь, когда я прихожу на концерт группы «Ария», я начинаю петь с Кипеловым мою любимую песню «Возьми мое сердце» и понимаю, что у меня есть все!»


Добавить комментарий

  

  

  

You can use these HTML tags

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>